Истерический хохот и обещания покинуть пост: Полное интервью Зеленского «Би-би-си» (Видео)


Президент Украины Владимир Зеленский во время визита в Англию отдал интервью ВВС.


Публикуем полную версию перевода интервью с британского на российский язык.

Владимир Зеленский практически не дает интервью украинским СМИ, но во время собственных забугорных визитов соглашается на общение с местными журналистами. Так было и в Лондоне.

Президент Украины отдал в Англии интервью знаменитой программке ВВС HARDtalk.

В тяжеленной и чувственной беседе с журналистом Стивеном Сакуром государь Зеленский сказал, выполнил ли предвыборные обещания относительно Донбасса и договоренностей с Владимиром Путиным, а также произнес, почему буксуют реформы и борьба с коррупцией.
А еще обвинил во почти всех неудачах Петра Порошенко и дал ответ, почему брал в свою команду силовика времен разгона Евромайдана.

«Мы не сделали все, что обещали»

BBC: Вы пришли к власти как антиполитик. Вы пообещали украинскому народу, что обеспечите фундаментальные конфигурации. Вы сдержали это обещание?

Владимир Зеленский: Я бы произнес, что придерживаюсь, поэтому что это процесс. До этого всего, мы сделали те вещи, о которых гласили много различных политиков.

Приняли закон о импичменте президента. Чтоб все-же, если президент не прав — тот либо другой — верю, что это буду не я… но если общество против того либо другого президента, его могли бы без крови, без заморочек, без забастовок снять.

Дальше — экономические реформы, земляная реформа, о которой все гласили. Мы не просто говорим о ней, мы проголосовали.
Далее — пуск антикоррупционного суда, что весьма принципиально. Мы гласили, что будет нулевая толерантность к коррупции, мы это сделали. Мы проголосовали принципиальный, весьма непростой закон о уголовной ответственности за нелегальное обогащение. Самое основное — это война на Востоке. О этом побеседуем.

ВВС: О этом мы и побеседуем. Вы обещали окончить конфликт на Востоке, создать это, восстанавливая территориальную целостность собственной страны. В этом за 18 месяцев вы потерпели беду…

В.З.: Это непростой вопросец. Да, я желаю это создать резвее, поэтому что я понимаю: любой денек мы теряем наших людей.

Но все же мы разблокировали Нормандский процесс. Это диалог. Мы возвратили всех за стол. Президент Франции Эммануэль Макрон был готов, он вправду поддерживает Украину. Признателен также госпоже Меркель. Мы возвратили президента Русской Федерации.

У нас была встреча в Нормандской формате, мы возвратили 140 человек, которые были за сеткой, 140 украинцев. Там различные люди: не лишь военные, но и публичные деятели, лазутчики, журналисты, которых захватили и бросили в кутузки лишь поэтому, что у их проукраинская позиция.
Дальше — сейчас 75 дней тишины, 75 дней не стреляют. У нас есть с временно оккупированной местности выстрелы…

ВВС: Государь президент, это не совершенно так. Мира нет, тишины нет. Наблюдатели ОБСЕ, которые смотрят за ситуацией на Востоке, поведали о 1400 нарушениях режима прекращения огня с июля. Вы утверждаете, что обмен пленными и прекращение огня изменили ситуацию. На самом деле этого нет.

В.З.: Это так. Я понимаю, что есть такие сложные и трагические числа. Если мы сравниваем с вами 14 тыщ и, к примеру, в таковой же период ранее это было 80 либо 90 тыщ нарушений, то вы видите огромную разницу.

Мы реально не реагируем на какие-то единичные выстрелы с оккупированной местности. Мы не должны созодать то, что приведет к эскалации этого конфликта. Хотя есть утраты.
Итог — за 75 дней умер один человек. Один. Я считаю, что это наша победа. Но вы правы, мы не сделали пока все то, что обещали.

ВВС: Государь президент, я возвращаюсь к этому вопросцу, вы пообещали украинскому народу, что будете остальным, будете гласить правду, будете с ним открытым и прозрачным. Разве правда не в том, что с Владимиром Путиным у власти в Москве нет способности мира, при котором вы вернете все местности, которые на данный момент больше не контролируете? Государь Путин верно отдал осознать, что, к примеру, на Востоке мир быть может, лишь если вы дадите тем территориям особенный автономный статус, проведете выборы на этих территориях и позволите им проголосовать. И лишь опосля этого вы можете возвратить украинские войска на свою границу. Готовы ли вы принять это?

В.З.: Мы осознаем все сейчас, что у нас есть лишь Нормандский формат, и мы идем по минскому направлению. Мы осознаем, что субъекты в Минском процессе — мы и Русская Федерация, мы признательны посредничеству ОБСЕ на этом сложном пути.
Но 1-ый основной пункт был — обеспечить устойчивое прекращение огня. Я считаю, что сейчас этот пункт выполнен.

Что касается вещей, слов, которые идут из Кремля. Я понимаю, для чего же это, но я таки желаю для вас сказать, что мы готовы идти по Минску.
И передача границы украинской власти опосля выборов — это некорректно. Мы не можем обеспечить выборы там. Никто из наблюдателей не приедет. Кто будет приезжать на ту часть и проводить там выборы, если там есть вооруженные люди.
Что касается тех разногласий, которые есть и у меня, и в нашем обществе, относительно того, что подписал государь Порошенко, да, они есть, и все знают — и госпожа Меркель, и государь Путин — я ему не один раз открыто гласил: нет, будут условия, будут особенные условия, закон о особенном статусе — это конфигурации в Конституцию согласно децентрализации. Оно все обязано быть, я с сиим согласен, но конфигурации Конституции, те, которые они желают, они сейчас невозможны.Все это соображают. Но мы идем по Минску. Есть такое, нужно, чтоб Минск был чуть-чуть наиболее гибким. Вы осознаете, что прошло время…

ВВС: Вы гласите о Минске — сущность Минского процесса заключается в том, что Владимир Путин гласит полностью верно: вы получите контроль над собственной восточной границей лишь в конце процесса. Потому мой вопросец к для вас весьма прост. Дайте мне обычной ответ — да либо нет. Верите ли вы, что можете заключить мирное соглашение с Владимиром Путиным, которое возвратит для вас все ваши местности, включая Крым?

В.З.: Я верю в это. В неприятном случае я бы не шел в президенты Украины. Это весьма трудно, и тут нам нужна помощь всего мира, это правда. Но я не теряю эту веру.

ВВС: Как следует, если вы потерпите беду в должности президента, вы пойдете и скажете собственному народу: «Понимаете, я потерпел беду, я больше не могу представлять вас?»

В.З.: Вы понимаете, это не неувязка для меня. Я сходу гласил, что я не цепляюсь ни за рейтинги, ни за власть. Если я не смогу окончить войну, означает необходимо, чтоб пришел иной человек, который способен окончить эту трагическую историю меж нашими странами.

«Украинцы не желают разговаривать с россиянами, потому — НАТО»

ВВС: Война, разумеется, является частью наиболее широкого геополитического контекста. Россияне до этого времени имеют весьма точное представление о собственной сфере воздействия. Это влияет на то, как они действуют на Востоке. Это отражает их позицию в отношении Белоруссии и их отношение к президенту Лукашенко, это влияет на почти все вещи в вашем регионе. Верите ли вы в этом контексте, что Украина может и будет добиваться членства в НАТО?

В.З.: Если честно, мы уже стали партнерами НАТО с расширенными способностями. Мы идем в НАТО.

НАТО — это сохранность в нашем регионе. Мы это осознаем, потому да, у нас мощная армия, у нас армия в 200 тыщ, мы обновляем технику, но этого не достаточно.

И единственный шанс, я считаю, о этом говорю и Соединенным Штатам, и странам ЕС, всем я говорю: если вы не желаете терять Украину, вы должны ее поддерживать.
А членство в НАТО — это весьма принципиальный сигнал Русской Федерации, это важнейшая поддержка.

ВВС: Процитирую 1-го евро бюрократа: «Идея, что Украина может стать полноправным членом НАТО и даже полноправным членом Евросоюза в длительной перспективе — фантазия». Это правда?

В.З.: Вы понимаете, если честно, война меж Украиной и Россией — это тоже была фантастика. Никто в это не веровал.

У нас семьи были, где люди из Рф и Украины, мы жили много лет в Русском Союзе, жили бок о бок, и вправду — страны уважали друг дружку.
А на данный момент у нас война, на данный момент у нас ненависть, на данный момент украинцы не желают разговаривать с россиянами, потому — НАТО. Если кто-то гласит, что это фантастика — ну, поглядим.

ВВС: Вы тут, в Лондоне, и лишь что заключили соглашение с правительством Англии о приобретении значимого количества новейших морских судов. Думаю, это инвестиция в наиболее чем млрд баксов США. Для вас нужна помощь. Страна, от которой для вас больше всего нужна помощь, — это Соединенные Штаты. На данный момент у их в разгаре президентские выборы. Надеетесь ли вы, что Дональд Трамп, который во многом весьма плохо относился к Украине, проиграет, а Джо Байден одолеет?

В.З.: Давайте с первой части. Мы вправду подписали историческое соглашение с правительством Англии, я за это признателен и государю Джонсону, и вправду признателен всему правительству.

Такового соглашения о стратегическом партнерстве и о торговле меж Украиной и Британией никогда не было. Это расширяет наши способности.

ВВС: Я это понимаю. Вам это принципиальное соглашение, но я возвращаюсь к сущности вопросца. Что вправду принципиально, так это ваши дела с Соединенными Штатами. Мы знаем, что Дональд Трамп пробовал давить на вас, весьма давить на вас из-за желания узреть, как ваше правительство расследует дело отпрыска его политического конкурента Джо Байдена.

Вы оказались в весьма неловкой ситуации. Из-за этого и огромного количества остальных объяснений Трампа о Украине, вправду ли вы желаете, чтоб на этих выборах одолел Джо Байден?

В.З.: Как любопытно вы задаете вопросец! Я для вас скажу откровенно, мы встречались и с представителями Сената, и с представителями Конгресса, у нас есть двухпалатная поддержка Украины.

Потому я не играю в те либо другие такие, понимаете, маленькие вещи, которые могут воздействовать как на выборы в США, так позже и на то, что происходит в моей стране. На отказ в военной поддержке либо поддержке стратегического напарника, поддержке в плане санкционной политики. Потому я в это не играю и никогда не буду играться — они отдельная страна.

А что касается объяснений государя Трампа, он таковой человек. Мы слышим много его объяснений по разным темам, но я понимаю, что он лично поддерживает Украину.
Так же я слышал такое от государя Байдена — я с ним не общался лично никогда — но я слышал, он не раз гласил, что мы будем помогать Украине, и почти все политики Америки гласили: невзирая на то, кто будет президентом, само направление — Соединенные Штаты нас поддерживают.

ВВС: Государь президент, вы весьма дипломатический, если можно так выразиться. Но если Дональд Трамп покинет Белоснежный дом в ноябре, если он проиграет выборы, расскажете вы всю правду о том, что вышло, когда он пробовал вынудить вас расследовать дело Хантера Байдена?

В.З.: Я постоянно гласил, что влиять на президента независящей Украины, кем бы ни был этот человек — я либо кто-то иной — нереально, даже таковой большенный стране. Потому, мне кажется, в этом и есть основная правда.

ВВС: Побеседуем незначительно о внутренних делах. Вы у власти 18 месяцев. В политике, как молвят, мудрее меньше обещать и больше создать. Мне кажется, что, когда идет речь о вашем крестовом походе против коррупции, вы сделали прямо обратное. Вы много пообещали. И недостаточно сделали. Согласны ли вы с сиим?

В.З.: Пока не завершился мой президентский срок. Вправду, у меня не было политического опыта, но я этого не боюсь.
То, что я обещаю, я желаю выполнить, я иду к данной для нас цели. У меня впереди все же три с половиной года, я уверен в для себя, уверен в людях, которые меня окружают. Их незначительно, но мы — команда.

ВВС: Кажется, вы не верите в людей, которые вас окружают. Вы назначили Кабинет министров, который почти всем в Украине казался полным мощных, добросовестных, прямых людей, но в течение нескольких месяцев вы поменяли некие принципиальные фигуры, в частности премьер-министра и генерального прокурора — и генеральный прокурор, которого вы уволили, позже произнес, что вы утратили мужество в борьбе с коррупцией. Почему вы утратили мужество?

В.З.: Я ничего не терял. Я просто сходу произнес: «Ребята, мы идем строить страну. Идем поменять. Мы с вами равны. Пожалуйста, вы никогда не были генеральным прокурором, я никогда не был президентом. Но вы — специалист, идите. И если через полгода вы не покажете настоящий итог, кто бы вы ни были, даже если вы мои друзья, товарищи, министры, премьер-министры…
ВВС: Полгода, государь президент. Человек лишь начал созодать свою работу, а вы его увольняете!

В.З.: Нет, нет времени, осознаете? Вот и все.

ВВС: Но вы мне произнесли, что для вас необходимо время. Для вас необходимо время, чтоб выполнить свое обещание обеспечить мир в Украине. Для вас необходимо время на ваш антикоррупционный крестовый поход. В то же время человеку, которого вы назначили управлять сиим крестовым походом, вы даете лишь 6 месяцев. Это поэтому, что он желал кинуть вызов так именуемым принципиальным людям, а вы не желаете, чтоб преследовали олигархов?

В.З.: Они никого не посадили. Они могли не пересажать всех коррупционеров, я понимаю, полгода — весьма не достаточно.

Но должны быть шаги, мы должны отвечать перед обществом, которому мы пообещали, что будут высадки. Мы это обещали.
И если на данный момент работающий генпрокурор, новейший генпрокурор, если она — это она, дама, проф дама — если она до конца года не покажет собственного результата, ей я дам таковой же ответ.

ВВС: Любопытно, не правда ли, что один весьма узнаваемый деятель, олигарх, которого вы, ваше правительство, преследуете изо всех сил, — это ваш политический конкурент Петр Порошенко, прошлый президент. Кажется, против него на данный момент есть пятнадцать дел. В то же время почти всех остальных олигархов, относительно денежной деятельности которых звучат обвинения, никто совершенно не трогает. Вы, кажется, решительно настроены преследовать лишь Порошенко. Почему?

В.З.: Если честно, я не влияю на правоохранительные органы. Но правда, с самого начала я их собирал, новейший состав, я их собирал и гласил: «Пожалуйста, нет своих-чужих, все олигархи, они должны жить по закону».

Порошенко — один из этих олигархов. Я не влияю на жизнь государя Порошенко, слава богу. Меня в принципе не интересует, что с ним происходит любой денек.
Я считаю, что все равны перед законом. Так обязано быть — и уголовные дела, которые есть против тех либо других больших должностных лиц, уголовные дела, которые есть против предпринимателей, укравших средства либо, возможно, укравших средства, они должны стать перед трибуналом.

ВВС: Любопытно. Жозеп Боррель, Верховный представитель ЕС по зарубежным делам, заявил, что ваши конфигурации в правительстве, подмена неких главных реформаторов, «дали тревожные сигналы о вашей готовности противостоять интересам влиятельных лиц».
В.З.: Какие такие реформисты были в нашей стране, когда я стал президентом? Поведайте мне, пожалуйста, что же они так очень реформировали, что наша страна летела в пропасть, и все о этом гласили?

Что же они так реформировали, если люди проголосовали за меня, 73%? Я такового не лицезрел.

Люди-профессионалы, которые были еще из того правительства, неких мы оставили. Было такое же отношение: вот для вас полгода, покажите 1-ые шаги.
Кто из их сделал — они остались. Мы же не уволили все правительство. Половина людей осталась.

«Порошенко до этого времени кажется, что он — президент»

ВВС: Как вы понимаете, государь президент, знаки имеют огромное значение в политике, и украинцы глядят на вас и ваши дискуссии о реформах, а позже они лицезреют некие вещи, которые вы делаете, и их волнует, что вы на самом деле несерьезно относитесь к модернизации, реформированию, демократизации вашей страны. Один определенный пример.

Вы назначили заместителем управляющего вашего президентского кабинета человека, тесновато связанного с насилием, насилием власти против демонстрантов на Майдане в 2014 году. Вы понимаете, я имею в виду Олега Татарова. Почему вы назначили его на одну из руководящих должностей в вашем кабинете?

В.З.: Вы понимаете, в правоохранительных органах работало много различных людей во времена Януковича. Они оставались работать во времена Порошенко. Много таковых людей. Там были мастера.

ВВС: Но семьи тех, кого уничтожили на Майдане силы Януковича, они окрестили ваше предназначение этого человека «возвращением к старенькой политике Януковича», они произнесли, что это типичное продолжение пророссийской политики с вашей стороны.

В.З.: Это просто слова на данный момент звучат, извините меня, пожалуйста, за такую формулировку. Это просто слова. Кто-то что-то гласит.
Этот определенный человек никого не разгонял. Я бы никогда — я уважаю Майдан, мы уважаем память погибших, я патриотичный человек, я президент Украины — никогда не провозгласил человека, который разгонял людей на Майдане.

То, что это поднимают СМИ, которыми обладает государь Порошенко, мне это понятно. Все знают, что у нас был олигарх-президент. Отлично, мы прошли это. Но ему до этого времени кажется, что он президент.
Он финансирует разные средства массовой инфы, обладает ими. Есть у него СМИ, которыми он не обладает. Он не может успокоиться, что он не президент. Вот и все. Все, что происходит, соединено конкретно с сиим вопросцем.

ВВС: Но дело в том, что вас будут оценивать, вы пришли к власти с 73% голосов в президентской гонке против государя Порошенко. На данный момент ваши рейтинги, согласно опросам, около 35%. Вы утратили весьма огромную поддержку… Вы пришли в политику, сказав: «Я желаю… Я провел жизнь, заставляя людей смеяться, а на данный момент я желаю, чтоб они не стали рыдать из-за политики в Украине». Но они до этого времени рыдают…

Примечание: В этот момент Зеленский начал смеяться и хлопать в ладоши. Потом он растолковал ведущему, что в свое время также употреблял схожий журналистский прием. Но, хотя разъяснение смотрелось очень логичным, поведение Зеленского смотрится очень удивительно: что-то среднее меж реакцией на стресс и попыткой сохранить лицо.

В.З.: Вы поражаете меня. Я на данный момент вспомянул, как я был когда-то телеведущим, я помню, я тоже так делал.

Вы понимаете, что касается 73%, правда в том, что это приговор был государю Порошенко. О утрате рейтингов, так я для вас произнес, что не цепляюсь за их.
Смотрите, все весьма просто: в первом туре я одолел, где 33% было. На данный момент у меня те же числа. А люди лицезреют, что я человек открытый, я работаю 24/7, я делаю все ради страны.
Но мне не все равно. Мне не все равно, когда молвят, что я растерял либо свалился.Для меня ничего другого не имеет значения, не считая того, чтоб я просто что-то сумел поменять. Создать главные конфигурации в Украине. И остаться в истории собственного страны. Больше амбиций у меня нет.

Источник: politcentr.ru

Добавить комментарий